Чем же заняться, задумались мы утром четвёртого дня? Ответ пришёл как-то сам собой: надо ещё разок сплавать на "Жёлтой подводной лодке" к гротам. Причём сами пещеры уже нас не особо интересовали (чего мы там не видели?), больше привлекало море, которое в этом месте какое-то особенно классное. Мы вооружились маской и камерой и отправились в путь.

На лодке нас узнали и очень сердечно приветствовали, что тоже приятно. Мы вволю накупались, поснимали рыбок.

Поставили дверцы в туалете. Первая комната, в которой ремонт полностью готов ))). Хотя это не значит, что ничего не хочется подправить... Но не в этой жизни.

Посмотрели премьеру.

Сам факт, что она случилась, не может не радовать.

В остальном — я б ещё один раз посмотрела, со вторым составом, просто для сравнения, и, пожалуй, хватит. Мне кажется, если бы создателями были не любимцы публики, то вряд ли эта постановка имела бы такой успех в соцсетях, который сейчас наблюдается. Однако определенно делать что-то нужно. Может быть, Сергеев станет прекрасным хореографом и/или постановщиком, надо пробовать.

Пишут, что эта постановка заставляет задуматься — должна признать, это правда. В хорошем смысле слова задуматься заставляет сама поэма; что касается спектакля, то я, например, несколько дней думала, каким образом к "Двенадцати" пристегнули первую часть. Я не читала буклета, к сожалению, но если речь о дивном старом мире, который разрушен в третьей части, то причём тут Цветаева и её нервная любовная лирика? Может, конечно, это как раз будущее, которое могло бы быть у Катьки (и кого-то), а-ля "Медный всадник", где призраки неcбывшегося все в белом выходят в конце. Но это как-то совсем уже за уши притянуто. Я думаю, самое простое объяснение — оно же и самое верное: просто музыку к этим песням написал тот же Тищенко, вот и приделали их, как смогли. "Пару в окне" танцевали Мария Ширинкина и Максим Зюзин; поначалу было интересно посмотреть хореографию, но к концу третьей песни я от неё (хореографии) устала, очень трудно одной паре танцевать на пяти квадратных метрах и при этом что-то выражать (напомнило, как Плющенко бессмысленно скакал на ледовом пятачке Евровидения). Наблюдать за вокалисткой (Екатерина Сергеева) оказалось интереснее. Голос прям очень красивый, хотя я и не понимаю в голосах; музыку же надо расслушивать, с первого раза не срослась для меня с текстом. Кстати, мысль танцевать под текст мне вообще не очень нравится, потому что невольно ищешь в хореографии точное отражение текста; это оставляет мало места для вложения каких-то собственных идей.

И вообще, что уж там, я не люблю никаких посторонних звуков в балете (даже крик, если не ошибаюсь, в том же "Медном всаднике" всегда меня коробит), люблю балет именно за пантомиму. И я понимаю, что Екатерине Кондауровой очень хотелось поработать драматической актрисой, а Сергееву очень хотелось поэксплуатировать её красоту и харизму, но лично я бы предпочла, чтобы старательного зачитывания поэмы как-то избежали. Строго говоря, две первые "части" — это вообще не балет, и было бы очень хорошо, если бы можно было прийти сразу к третьей, где Кондаурова ВНЕЗАПНО умолкает и начинает танцевать )).

Что же до собственно уже балета — Сергеев в тизере говорил, что хотел сделать его более абстрактным, но музыка, дескать, возвращала его к Блоку. В этих словах много правды вижу я. Явно заметно, что балет более абстрактный, чем хотелось бы от постановки по Блоку, а музыка — та наоборот, в ней поэму просто замечательно слышна. Музыка, на удивление, понравилась — не сама по себе, а именно как иллюстрация поэмы, как она, в общем, и задумывалась. Если же балет на эту музыку ставить абстрактно, так не надо было поэму перед действием дословно зачитывать.

Про хореографию я ничего не могу сказать, не компетентна; было несколько ярких акцентов, как правило, вызывавших в памяти то "Золушку", то "ЛоЛ", то "РиДж", то ещё что-то — многие пишут про "Весну священную", но я её не смотрела, поэтому мнения не имею. Постановка же интересная, были хорошие моменты. Понравилось, как Двенадцать поднимают труп и потом оставляют его на руках Петрухи. Понравилась "Тайная вечеря". Понравилось, как товарищи стаскивают с Петрухи красную футболку и оставляют его серым. Интересно, как в конце всех убивают по нескольку раз (тоже есть о чём подумать, и тут уж всерьёз). Жаль, что совершенно потеряли по ходу пьесы вьюгу, её очень много в поэме, а в балете — только в начале. Костюмы странные; брючки и облегающие футболки Двенадцати совершенно не соотносятся с красногвардейцами (тем более, с вьюгой). Если Зверев в таком костюме хоть чем-то напоминает Петруху, то я тогда не знаю, как должны выглядеть принцы. Девушки на пуантах и в костюмах, наводящих на мысли об анатомическом атласе, допустим, проститутки. Допустим. Опять же, понятно, что очень хотелось хотя б в конце раздеть Батоеву, но я бы прикрыла ещё и пресс. Довольно невнятна коллизия, приведшая к смерти Катьки. Кстати, Петруха убивает её не случайной пулей, а после долгих разборок, собственноручно, не то задушив косой, не то оторвав ей за косу голову (жесть). Концовка, с красной пеленой и тенью Кондауровой-Чтеца очень эффектная. Вообще, идея ввести в балет такого, скажем, Демиурга (потому что, имхо, это не столько Чтец, сколько Автор) понравилась.

Итого: задумка смелая, замах на двенадцать! На мой вкус, результат — пока — серединка на половинку, есть хорошие идеи, есть удачные моменты, но нет цельности, под вопросом вообще воспроизводимость, связь с поэмой очень пунктирна.

На билете было написано: "Двенадцать" (12+). И ведь и правда: "Двенадцать" подают с довеском :). Очень надеюсь, что впереди у Сергеева ещё много постановок и что довесков в них будет меньше, а балета больше.

Большая тяжесть на душе последние дни... уже совсем скоро мои долбоклювики поедут в новые семьи.

Так получилось.

Бруша уедет очень далеко, аж в Липецк. Это самое тяжелое — такая долгая дорога... надо его как-то ухватить, запихать в переноску, отдать неизвестно кому... и потом сутки ждать новостей... И не объяснить же ему, что надо немного потерпеть. Мне страшно даже представить себе, как я это сделаю и что он будет думать при этом... Даже из квартиры в квартиру было страшно их перевозить, всё переживала, не напугаются ли. А тут такое... Но я точно знаю, что там, al di là, ему будет очень хорошо — лучше, чем у меня. Там очень хорошие, любящие и знающие руки, там у него будут друзья и подруги-жако, вольер на солнышке, много новых впечатлений и настоящая жизнь.

А Чарлик отправится к нашей знакомой под Петербург, так что, может, мы ещё увидимся. Чарлика отдавать жалко очень, не скрою. Я даже всё ещё сомневаюсь насчёт него, хотя, опять же, условия для него будут шикарные... но я буду очень по нему скучать :(.

Заканчивается двадцатилетняя история наших отношений. Бешеная центрифуга наших окаянных деней заставляет отрываться от корней. В голове крутится генрихманновское: "В этот день кончилась его молодость".

Наверное, это так.

После смерти папы мои музыкальные занятия быстро потеряли всякий смысл, так как больше некому слушать мою музыку. Я ещё закончила начатые проекты, но потом мотивация упала совсем до нуля. Без записей жизненный цикл музыкальных произведений нарушился: я, так сказать, никак не могу перестать их играть.

Первая запись за год; пианино вообще не записывала очень давно. Тянет на попсу, да.

Объясняла тут, к слову, Михалине, что зофобас — отличный корм. И что у меня его ели, например, ёжик и стриж. Косяк в том, что ёжик (jeżyk) и стриж (jerzyk) по-польски читаются одинаково: "ежык".

Мой ананасик пошёл в рост! Вот это зеленое посередине розетки — новое!

Ну теперь всё серьёзно, надо будет думать, как его пересаживать, когда корни разрастутся, и как ухаживать... С ума сойти!