Во время голосования побывала в школе впервые за много-много лет. Ух какое интересное чувство! Я провела в ней восемь лет — на момент перехода в другую школу примерно половину жизни, причём, включая возраст несознательный. Это просто уму непостижимо...

В девятом классе я точно решила, что из этой школы уйду. Мне тогда казалось, что крайне важно в школе получать знания, чтобы потом поступить в институт, и я отчётливо понимала, что никаких знаний не получаю. Сейчас я с благодарностью вспоминаю только двух учителей из первой школы: учительницу математики Анну Ивановну и учительницу английского Наталью Юрьевну Казырбаеву. Школа, кстати, была с углубленным изучением английского языка, но по-настоящему углубленно его изучали, насколько я могла судить, только в группе Натальи Юрьевны, куда мне повезло попасть. И каким-никаким знанием (и главное, пониманием) языка я обязана по большей части ей. Что до Анны Ивановны, она была уже пожилым и, насколько я сейчас догадываюсь, не очень здоровым человеком. Из года в год она сильно сдавала, но всё ещё оставалась замечательным учителем — и таки да, очень крепко вбила в меня математику, которую мне должно было знать по программе.

Больше в школе не было хорошего абсолютно и совершенно ничего. Было много учителей пожилых и немного того... кукукнутых. Было много людей в общем неплохих, но совершенно случайных. И было много сборов денег с родителей, что каждый раз для меня оказывалось болезненно. Кстати, это нашу школу показывали в передаче «600 секунд», когда дирекция вознамерилась ввести денежные штрафы за опоздания, отсутствие сменки и тому подобные провинности. Я была готова уйти из этой школы буквально куда угодно, и Нонна Викторовна Епифанова, которая тогда была главным редактором газеты «Школяр», посоветовала мне гимназию в Озерках.

Как вообще переходят в другую школу, я не имела ни малейшего понятия. Поэтому я просто поехала в эту гимназию, попросилась к директору и сообщила, что хочу здесь учиться. А она сообщила мне, что экзамены в десятый класс уже закончились, что было для меня ну прям полнейшей неожиданностью. И уж не знаю, как так получилось, но директор посмотрела на мой аттестат, посмотрела на газету «Школяр» — да и приняла меня в школу без экзаменов. Точнее, она предложила зашедшей в кабинет учительнице литературы меня поэкзаменовать для проформы, и я похолодела, так как в моей благословенной школе класс отстал от программы примерно на полгода :), но учительница литературы, к счастью, поленилась меня экзаменовать. Так я попала в гимназию, которую потом и закончила.

К слову сказать, из старой школы меня не очень хотели отпускать; помню, директор хватала меня за локоть и говорила: «оставайся, мы тебе золотую медаль сделаем»... я тогда не знала, как делают золотые медали, и предложение казалось мне каким-то диким :). Когда же я пришла в канцелярию забирать документы, оказалось, учителя гордятся, что «из нашей школы дети в гимназии переходят».

Хотя ничего такого сверхгимназического в этой гимназии не было. Школа как школа, со своими причудами. Одной из таких причуд была пятидневка; благодаря ей я могла по субботам заглядывать в свою старую школу и страшно радоваться, что я больше там не учусь. Помню мой первый визит: я пришла минут за 10 до звонка и слонялась по коридору в ожидании, когда кончится урок. В коридоре меня заприметила учительница биологии и очень удивилась, что я стесняюсь ввалиться в класс во время урока. Она открыла дверь и буквально втолкнула меня в класс. И тут я просто офигела. Никто даже не заметил моего бесцеремонного вторжения. По всему классу бегали ученики с бумажками, орали, скакали и пытались что-нибудь у кого-нибудь списать: шла контрольная. Учительница сидела за кафедрой и время от времени что-то кричала, но никто не слышал, что. Когда я пробралась на свободное место, ко мне тут же подскочил кто-то из моих однокашников и спросил, не могу ли я помочь с контрольной. Я сказала, что погляжу, и с сомнением взяла листок с заданием: я любила неорганическую химию, но в гимназии, где было сильное естественнонаучное направление, уже почувствовала, что не очень успеваю. Но задание оказалось совершенно банальным: на расстановку коэффициентов, причём, простейших. Я их быстренько расставила, и по классу пронёсся вопль: она умеет решать коэффициенты!!! Ко мне выстроилась очередь, и за оставшиеся до конца урока минуты я расставила коэффициенты в десятке-другом заданий.

Разумеется, в гимназии речи не могло быть о подобном поведении. И качество образования было соответственно выше. Хотя и там были плохие учителя, но было их на порядок меньше, чем в старой школе. Я бы даже сказала, доля плохих учителей в гимназии была примерно такая же, как доля хороших в школе :). Хотя с английским, например, мне там очень не повезло; два гимназических года в смысле языка были просто бездарно профуканы. Зато в некоторых других предметах были суперпрофессионалы, пусть всё у них будет хорошо, откуда только такие берутся в школах... И денег ни на что не собирали... во всяком случае, я не припомню каких-то проблем с этим.

Однако прикол в том, что это качественное образование, которое мне по молодости казалось залогом успешного будущего, на самом деле было не нужно. Может быть, было бы лучше кое-как доползти до выпуска в старой школе, получая максимум от уроков английского... Во всяком случае, при поверхностном взгляде, выпускники старой школы в конечном итоге лучше устроились в жизни, чем бывшие гимназисты. Почему? Есть у меня какое-какие идеи на этот счёт, но я в них не уверена, потому и озвучивать не буду. Может, так совпало...

Вот сколько мыслей от посещения старого спортзала, в котором временно поставили урны для голосования :). Между прочим, мало что так мучило меня в детстве, как уроки физкультуры у не совсем нормального физрука, и я страшно удивилась, что в гимназии были нормальные учителя физкультуры. Сейчас, конечно, в этом зале царит уже другой физрук, да и вообще во всей школе, наверняка, новые порядки. Я даже думаю, это сейчас хорошая школа... но учиться в ней второй раз, к счастью, мне уже не придётся, и эта мысль мне приятна... хоть какая-то польза от этих выборов.

Серия ЖЗЛ совсем не идеальна, много попадается книг скучных, плохо написанных. Поэтому наткнуться на такой бриллиант не только очень приятно, но и даже несколько удивительно. «Калигула» написана идеально, великолепно читается.

Правда, про Калигулу там коротенько в самом конце: большая часть книги посвящена Тиберию, причём рассказ о нём настолько подробен, что явно выходит за рамки обозначения исторического контекста. Но это и понятно: правление Тиберия было очень долгим, очень интересным, личность его очень неоднозначна и любопытна — только книгу про него мало кто купит :). Между прочим, я бы, скорее всего, не купила. И была бы не права. Что там про Калигулу рассказывать? Про него и так все знают всё, что нужно (редкий человек: самые дикие сплетни о нём оказываются правдой). Да и правление его было уж очень недолгим, на целый том не хватило бы. Тиберий — другое дело.

Игорь Князький — очень гуманный автор. Он хорошо понимает, что его читатель, скорее всего, здорово плавает во всех этих клавдиях, гаях, агриппинах и юлиях, поэтому старательно объясняет, о ком именно идёт речь, на протяжении всей книги. На самом деле, все эти однофамильцы и полные тёзки нереально затрудняют чтение истории Древнего Рима, спасибо автору, что всячески облегчал участь читателя. Также огромное спасибо за исторические аналогии, за аргументированные и осторожные оценки.

Я купила «Калигулу» после прочтения «Нерона» того же автора — «Калигула» круче :).

В глобализированном финансовом мире у пенсионного фонда какого-нибудь норвежского муниципалитета через цепочку американских и европейских банков мог оказаться дериватив с высочайшим рейтингом надежности, в основе которого лежали сомнительные обязательства по ипотеке мексиканских иммигрантов из нескольких небольших городков южных американских штатов.

Откуда взялся мировой экономический кризис?

Автор: Шен Бекасов
(Из серии "Финансовая наука в нашей жизни". Специально для журнала "Наука и жизнь", опубликовано в № 11 за 2011 год.)

С умилением читаю призывы дать копеечку Википедии. Несколько лет назад, когда я стала активно пользоваться Википедией, я решила откликнуться на первый же такой призыв.

Дело в том, что я по жизни не жадная. Если кто-то делает что-то хорошее (а Википедия — это хорошая вещь), то я рада каким-то образом поддержать это хорошее, а дать денег — самый простой вариант поддержки. И вот я радостно отправилась поддерживать Википедию. Но поддержать не удалось.

Мне случалось делать взносы и пожертвования на разные проекты и добрые (надеюсь) дела, и ни разу не случалось, чтобы мой взнос не был с благодарностью принят. И только Википедия отворотила от моих денег нос: на тот момент взнос был ограничен снизу какой-то суммой, которая была существенно больше того, что я была готова и в состоянии дать.

Я верю, что такая неприятность могла быть вызвана какими-то объективными обстоятельствами. И мне приятно видеть, что теперь в призывах появились упоминания маленьких сумм. Но я злопамятная, и денег больше давать не хочу.

Тем более, там такие фотки, в этих призывах, что хочется их закрыть как можно скорее.

Два дня пыталась обогнать Сашу — и вот, наконец :).

Можно было и больше наколотить, но очень было страшно, что игра рухнет, уж я-то её знаю :).

Нарыла в Википедии потрясающую историю Дени Врэн-Люка.

Не передать словами, до чего жалко бедного Шаля. Я бы на его месте разорвала мошенника на куски своими руками.

Ценнейшая штука.



(Отсюда)

Анне прислала фотографии.

Поздравляю Плюха-Брюха с Днём рождения!



Шесть лет — самый расцвет :).

На улице дрянь и слякоть, а дома...





Восьмимартовское прям настроение какое-то...