Новость: Путин поручил рассмотреть возможность переноса начала учебного года
Костя: А куда они его тягать вздумали и зачем?
Паша: штобы больше народу отдыхало в Сочи и Крыму же
Костя: перенести начало учебного года в Крым
Ольга: не, если школоту вывезут в Крым, то я не против
Костя: вывезти школоту в Крым и отдать его?
Ольга: ну это как-то даже слишком гениально...

Новость: Посылки начнут принимать в салонах МТС
Костя: Почта окончательно забила?
Паша: так там же банк теперь будет

«Я в душе не простой, вы не думайте» — офигенчик. Исповедь инопланетянина... хотя стоп...

«С женой я познакомился в лагере по переписке. Списались, приехала, расписались и всё. Первая жена была отсюда, из Дубны, с левого берега. Я с ней недолго прожил. Вот я в 1979 году женился и развелся в 1990 году. Просто ей надоело ездить ко мне, вот и все. Мусульманкой была вторая жена. Так как родители были против, пришлось принять ислам. Моим взглядам это не противоречило. Сначала да, совершал намаз, а потом все это бросил. Бросил, потому что развелся. Сейчас молиться я не молюсь, каждый верит по-своему, но считаю себя мусульманином».

Андрей: нужно запилить СМИ будущего, и уже можно пилить туда новости, например: "в Москве 32.15.2019 что-то случилось".
Костя: В месте-которое-нельзя-называть что-то когда-то случилось.
Костя: Сами-знаете-кто заявил ну-вы-понимаете-что.
Паша: Вчера сам-знаете-кто встретился с президентом-не-дружественной-страны-запада и сказал ему то-что-нельзя-называть.
Костя: в месте-которое-нельзя называть цены на вид-транспорта-на котором-не-хочется-ездить сделали сами-знаете-что.
Паша: а еще сами-знаете-куда понаехали сами-знаете-кто, и потому выросла преступность.
Паша: а сами-знаете-куда - не резиновая!
Костя: И поэтому преступность сделала то-о-чём-нельзя-говорить.

Мне однажды, давно, коллега так с пиететом сказал, что очень впечатлён, какая я начитанная (не помню точно формулировку). Я слегка удивилась. Я особо, как мне казалось, о литературе-то на работе не распространялась — как-то повода не было :).

Оказалось, произвести впечатление очень просто :). Он сказал, что как-то раз зашёл на кухню, когда я обсуждала со Славой какую-то книгу — причём, сразу видно, что серьёзную.

А обсуждали мы Коупленда. Конкретно: Слава сказал, что Коупленд — это такой канадский Пелевин. А я заметила, что после «Жизни после бога» так уже нельзя сказать.

Это всё )).

Паша: Опрос: рейтинг Путина снижается второй месяц подряд
Olga: что такое, на процент целый упал?
Паша: на 6%
Olga: на шесть!!!
Володя: осталось 140%

Мы просто купили у Сюзанны щенка. Я писала всем заводчикам подряд, большая часть мне вообще не ответила, с несколькими завязалась переписка, с Сюзанной всё сложилось.

Ну, купили и купили. Но мы почему-то подружились — можно сказать, семьями :). Я очень рада, что у нас в Финляндии есть такие друзья.

Прекрасная статья: воспоминания Алексея Германа.

Отец был человеком увлекающимся. Он влюблялся в разных людей, реагировал на них, как на замечательных, потрясающих и великих, и меня, мальчишку, это раздражало. Я помню, как я бегу по коридору нашей холодной квартиры на Мойке, 25, в уборную бегу, открываю дверь – а там женщина в каком-то блестящем платье, и отец, который непонятно откуда выскочил, хватает меня за шиворот, вытаскивает на кухню и в смущении от того, что случилось, говорит: «Ты понимаешь, это великий поэт». А как-то появился в доме очень еврейской внешности человек. Отец тоже меня отозвал и сказал: «Запомни, это великий артист». И мне это так немножко поднадоело – все были великие. Но женщина, которую я застал в уборной, была Анна Ахматова, действительно великий поэт. Человек, который «великий артист», это был Райкин, действительно великий артист.

...
Вот мой папа. Ближе товарища, чем мой папа, у Шварца не было. В самые последние годы они, правда, разошлись – папа стал советским: после 56-го года он поверил в советскую власть, бывает такое. Но до этого они были настолько близки, они каждый день перезванивались. Когда мама должна была меня родить, лежала в роддоме, то папа, Заболоцкий и Евгений Львович приходили по договоренности в шесть часов утра каждый день к роддому, чтобы мама в окно видела, что их не посадили.

...
У нас квартира всегда была набита людьми «оттуда». Они заходили, им идти не к кому было… Они запятнанными себя ощущали – те, кто вернулся. Они приходили, и они не сидели за столом… Сидели на корточках у батареи, у батареи на корточках, по привычке. Пили, просили домработницу, чтобы та купила портвейн. Они не водку пили почему-то и не коньяк. Это же на его, Шварца, глазах хватали, убивали вдов, жен, боже мой... Представь себе, вот это с твоими друзьями происходит…

Я думаю, Шварц и его поколение жили в одну из самых страшных эпох в истории человечества.

После театра успела забежать на День рождения Каванги. Многие уже ушли домой, но костяк, таксзать, остался.



Каванге исполнилось 7 лет...

Пихта — тракененская кобыла.









\